Пролог. Планета обезьян

  
Наверно это было весеннее субботнее утро какого-нибудь 1989 года. Накануне к Михаилу Юрьевичу приехал наш алтайский партнёр – Серёжа Майманов. Они всю ночь обсуждали предстоящий сезон на реках Алтая, и, естественно, к утру у них кончилась водка. Как обычно, в такие драматические для советского туризма моменты, Михаил Юрьевич вспомнил обо мне, - точнее, о моей маме. Моя старенькая мама водку не пила, а копила на похороны. В то время так делали многие пожилые люди. Тогда основные продукты продавали по талонам. Каждому советскому человеку выдавали талоны на один-два килограмма сахара, крупы, масла и т.д. На такой же талон можно было купить две бутылки водки в месяц.  Правительство, заботясь о здоровом образе жизни советского человека, запретило отоваривать водочные талоны в выходные дни.

Что характерно, советский человек, ведя трезвый образ жизни, мог скрупулёзно выполнять предписанные ему трудовые и общественные обязанности, но, не выпив водки, как правило, не мог раскрепостить свой ум для творческой работы. Наверное он инстинктивно ждал руководящих указаний свыше.

Конечно легендарные прародители коммерческого туризма на Алтае - Михаил Колчевников и Сергей Майманов – не желали ждать указаний от вышестоящих инстанций и, когда творческий процесс начал давать сбои, они позвонили мне.
 
Ни о какой водке в телефонном разговоре не было сказано ни одного слова. Мои друзья хотят видеть меня в 8 часов субботнего утра. Бывало они хотели видеть и в 3 утра, и 2 ночи. Иногда они даже могли заявиться сами, причём, - не одни, - а со своими друзьями и подружками. Всех надо было чем-то кормить, поить, потом где-то спать положить. Вот такие чудные существа обитали на той части  нашей планеты, на которой я родился и жил в то время. В обычаях этого - почти исчезнувшего - подвида «homo sapiens» было приносить с собой в гости еду и выпивку, особенно ночью, когда магазины не работали (разве - что буфет в аэропорту или на вокзале).
  
В то чудесное весеннее утро водки у меня не было. Но у меня была моя чудесная мама, которая хотя и ворчала на меня и моих  друзей – пьяниц, но понимала, что от неё зависит будущее самой перспективной отрасли экономики Южной Сибири.

И вскоре я оказался на квартире Михаила Юрьевича -  в самом центре творческого процесса создания того, что позднее назовут бизнес-план туристской фирмы. Однако, уставшие за ночь бизнесмены, выпив по стопке, уснули прямо за столом своих заседаний.

Оставшись наедине с почти полной бутылкой водки, я  начал озираться по сторонам и вскоре обнаружил, что телевизор подключен к - тогда ещё редкому в наших краях - видеомагнитофону и транслирует американский видеофильм.
 
По сюжету – некий астронавт попадает в будущее, когда люди окончательно одичали и забыли, какими были «человеками разумными» их прародители. Этим воспользовались обезьяны. Они сильно  поумнели в процессе своей эволюции, и превратили планету землян в планету обезьян.

Только оказавшись в сегодняшнем будущем я понял, что видел тогда аллегорическую притчу о себе. Нет уже ни Миши Колчевникова, ни Серёжи Майманова, ни многих других людей разумных, создавших в конце II тысячелетия нашей эры цивилизацию южносибирских туристов.  И решил я выбить на остатках её культурного слоя петроглифы с их именами и деяниями, чтобы помнили  грядущие поколения титанов, с чьих плеч они так далеко видят.

Вернуться к оглавлению